Что ж, как всегда, минутка признаний. Я половину романа была в состоянии «как мне все это знакомо», но не могла понять в чем суть, уловить откуда эти фантомные воспоминания. А потом как поняла. Очень собой гордилась, кстати, все-таки в моих глазах Сартр не самый простой автор и философ. Это его первый роман, и тут он более понятный, чем станет со временем, но все равно горжусь собой. А дальше в подкасте будет много спойлеров, моё дело предупредить. 

Роман «Тошнота» является дебютным для Жан-Поля Сартра. Он вышел в 1938 году, но писался долго. Не с первого раза его приняли издательства в печать. Изначально Сартр хотел написать философское размышление о бытие, сознании, роли случайности –   всё, о чем так любили писать его современники. Но философский роман всё не зрел, а вот классическая форма уже начала складываться.

Изначально роман назывался «Меланхолия». Вдохновение пришло от одноименной гравюры Дюрера. Гравюру выложу в телеграм канале. Но если кратко: там изображена женщина с крыльями, которая подпирает голову рукой, и как будто находится в упадническом настроении. Много разных символов, которые намекают нам на незаконченность творческого процесса, переменчивость настроения, сумрачность сознания и размышления о смерти. Искусствоведы, как это часто бывает, до сих пор выдвигают теории о значении гравюры и о символах на ней.Но умный редактор рассудил, что «Меланхолия» – не очень хорошее название, а вот «Тошнота» – достаточно провокационно и привлекательно.

В контексте времени мы в 1930х годах, мир трясёт от экономического кризиса, позади кровавая, страшная Первая мировая война. Старые ценности потерпели крах;   больше никто не верит в человечность, в возможность мирного сосуществования; везде атмосфера нестабильности, никакой уверенности в будущем; никакого понимания, зачем вообще это всё. 

Сартр в это время уезжает в Гавр. Туда он был назначен преподавателем философии в лицее. Гавр – портовый город, который заметно страдает от отсутствия привычного объема торговли. Город кажется замершим и унылым. Сартр же страдает от изоляции провинциального города, от этой атмосферы увядания и ощущения бесперспективности существования. Он то привык жить в блистательном Париже, общаться с образованными интересными людьми, верить в лучшее будущее, а тут, в Гавре, по его мнению, и поговорить то не с кем.  

В Гавре Сартр пишет первую версию романа, который тогда еще называется «Факт о случайности». Затем временно уезжает в Берлин, где на него нисходит озарение в рамках философской концепции Эдмунда Гуссерля, и тут уже появляется версия романа под названием «Меланхолия», то есть «Тошнота» до встречи с редактором. 

Гуссерля что-то очень для меня сложное породил в своей философии, если честно, но если кратко совсем, то, по сути, он вывел строгий научный метод отношения к сознанию и то, как мы воспринимаем мир. Но с оговоркой, что важен сам акт сознания, процесс восприятия чего-то сознанием. Все остальное: время, место, философские вопросы и так далее можно вынести временно за скобки как менее важное для концепции.

Короче, вот в его версии ответом на вопрос Вселенной, жизни и всего такого была бы неразрывная связь сознания как действия, направленного на мир вне любых окружающих условностей. И это сознание всегда на что-то направлено, оно всегда находится в контакте с чем-то вне себя.

Короче, я предупреждала, что это непросто, но, надеюсь, стало чуть-чуть понятно. Потому что это прям перевернуло сознание Сартра, и позже в романе он сделает отдельный акцент на своей интерпретации этой идеи в одной из сцен. 

Давай перейдем к самому роману. У нас есть наш главный герой - Антуан Рокантен, ему около 30. Это показалось мне особенно важным, позже расскажу почему. Он историк, который пишет большой труд о маркизе де Рольбоне, неком аристократе 18 века. Он не бедствует, может не особо переживать из-за денег, поэтому у него есть время и возможность просто наблюдать жизнь и размышлять о вечном. Вот эта свобода действий тоже очень важная деталь, как мне кажется. Собственно весь роман построен как дневник нашего персонажа. Он описывает изменения, которые ощущает в себе, но никак не может объяснить. И вот чтобы зафиксировать происходящее, Антуан с методичностью ученного начинает записывать свои чувства, ощущения и события, которые заставляют его переживать какие-то эмоции.

В каком-то смысле он сам собой является методом Гуссерля, потому что именно его глазами и словами, мы наблюдаем за вещами. Он сознание, которое для нас созерцает мир.
«Надо бы взять себя в руки. Но чувствую — нет, не могу. Лучше уж ничего не делать, чем делать хуже».
То есть он не активный деятель, он созерцатель.

Еще в тексте у нас есть два персонажа, которые активнее прочих взаимодействуют с Антуаном и имеют на него влияние. Это Анна – его сложная любовь и Самоучка – его знакомый из библиотеки.

Еще есть Фрасуаза, хозяйка заведения «Приют Путейцев», с которой он просто иногда спит. Просто потому, что вроде это помогает ему освободиться от приступов меланхолии. И для него принципиально важно, что он ей за этой не платить. В отличие от других.

Да, в романе действительно есть некий сюжет и вполне понятные внешние драйверы, которые запускают и углубляют внутренние процессы главного героя. Но большая часть по-настоящему важной и ценной для размышлений информации, как это часто и бывает, мы получим именно из долгих рассуждений героя внутри его же головы. Формат дневника как раз очень удобно выбран Сартром. Вполне оправдано, так сказать. И спасибо, что не письма.

Примерно так описывает персонаж необходимость вести дневник: «Дело в том, что размышляю я редко и во мне накапливается множество мелких изменений, которых я не замечаю, а потом в один прекрасный день совершается настоящая революция.»

Я бы пробежалась по основным вехам сначала, а потом уже обсудила детально все ключевые символы и философские слои, иначе запутаемся. Итак, с самого начала автор ставит нас в неловкое положение, когда описывает встречу рук главного героя с камнем. Ничего не понятно, но интрига повисает довольно хорошая – что этим вообще хотел сказать Сартр? Какой камень? Кого тошнит? 
«Вот именно, совершенно точно: руки словно бы тошнило». Руки у человека тошнило от того, что держали камень. Вот такой вот поворот. 

Но дальше больше. Мы знакомимся с Самоучкой, который частенько что-то читает в библиотеке, где часто работает наш герой. В какой-то момент Антуан очень вдохновлено пишет нам о герое своего исторического трактата – маркизе де Рольбоне. Но потом сам начинает испытывать к нему отвращение, потому что человек уже умер. Затем мы читаем удивительное наблюдение, что смысл и названия вещей для него растворяются, остаются только голые фактические предметы. Кружка сама по себе, без контекста, без навязанной ей истории. Музыка, которую слышит Антуан заполняет собой все пространство внутри него, помогает ему остановить укачивание от новоприобретённой способности видеть мир таким, какой он есть. Но тошнота все накатывает и накатывает на нашего героя, не помогая ему вернуть в мир привычный покой и стабильность. 

Затем Антуан встречается со своей большой любовью – Анни. Но оказывается, что у неё та же болезнь. Она тоже видит теперь мир другим. Коннекта не происходит, что усугубляет состояние героя. И вот он видит каштан. Это почти как встреча князя Андрея с дубом, только там нам более прямолинейно и высокопарно Лев Николаевич объясняет, что есть жизнь, зачем нужна и почему ценна. А Сартр противоречит великому классику – так я хотела сказать сначала, но потом задумалась, уж так ли сильно противоречие. Это ключевой момент книги, её главное размышление. Так что предлагаю начать с анализа именно этого кусочка. Потом остальные события проговорим, которые к нему подводили, ну и оценим, насколько концовка действительно себя оправдывает.

В общем, Рокантен сидит в парке и смотрит на корни каштана. И эти корни какие-то слишком реальные, слишком четкие, слишком настоящие.  
«Но я уже не помнил, что это корень. Слова исчезли, а с ними смысл вещей, их назначение, бледные метки, нанесённые людьми на их поверхность. Я сидел ссутулившись, опустив голову, наедине с этой тёмной узловатой массой в её первозданном виде, которая пугала меня. Это была сама плоть вещей, корень состоял из существования. Или, вернее, корень, решётка парка, скамейка, жиденький газон лужайки — всё исчезло; разнообразие вещей, пестрота индивидуальности были всего лишь видимостью, лакировкой. Лак облез, остались чудовищные, вязкие и беспорядочные массы — голые, бесстыдной и жуткой наготой.»

Внутренняя тошнота Антуана достигает максимального уровня. В этой точке приходит главное прозрение – смысла и назначения в жизни нет. Мир – это абсолютно бессмысленное место. Он созерцает корни каштана, его от них воротит, но в это момент почти близкого катарсиса он осознает, что это просто корень. Если никто не придумает, зачем этот корень, не придумает смысл, то это так и будет просто корень. И вот тут его накрывает. Он понимает, что есть просто факт наличия корня, нет больше следствия, нет смысла. Корень просто существует – не для Антуана, не какого-то Бога, не для дерева, не для кого – корень есть просто корень. И это касается всего, что окружает Рокантена – всё существует без причины, всё существует само по себе, нет никакой причинно-следственной связи. Всё существование случайно. И вместо катарсиса, мы видим крушение всего. Крушение всех жизненных ориентиров. 

Как раз в этой сцене Сартр выводит свой смысл из подхода Гуссерля – Антуан невольно выносит за скобки всё, что мешает сознанию видеть суть предмета. Но вместо сущности и смысла объекта он, фактически, видит ничто, абсолютную случайность.

И вот тут вернемся к князю Андрею: у Толстого он как раз проходит в некотором роде катарсис. Он осознает, что жизнь так полна, так счастлива, что столько можно было бы сделать, что в мире так много красоты и смыслов. Тогда как Сартр противоречит этому – он говорит, что смысла нет, ничего нет. 

Но мне кажется, что концовка как раз примиряет эти два, казалось бы, разных подхода – жизнь может стоить того, чтобы жить. Оба автора через разные подходы говорят нам, что жизнь можно наполнить смыслом, что она стоит каждого вздоха, если мы сами возьмем ответственность в свои руки за её наполнение, что все зависит от нас. Просто у Толстого в жизни смысл есть сам по себе, а Сартр отдает человеку ответственность за смысл.

Вернемся к началу и первой странной сцене с камнем. Это «нулевой пациент» так сказать. Первый яркий момент тошноты, в котором много значимого, но еще не понятного и не описанного полноценно. В этой сцене Сартр описывает, как героя прям физически начинает мутить. Антуан берет на берегу моря кусочек гальки и вдруг осознает его истинные черты. Этот камень не просто камень: он очень мокрый, слишком гладкий, слишком холодный, тяжелый. То есть это не просто рядовой момент в течение дня, а момент очень яркого осознанного восприятия этот конкретного камня. Антуан выпадает из автоматической неосознанной жизни и по-настоящему начинает чувствовать камень в руке. 

Он не понимает, что это было, да и мы с вами тоже. Но это первый раз, когда герой прерывает спокойный ход своей автоматически проживаемой жизни и чувствует мир таким, какой он есть. Сейчас где-то должен начать улыбаться один буддистский монах. Но разница у монаха с Антуаном в том, что выпадение в реальность для Рокантена мучительна. Он не просветленный, он не находит в реальном мире пустоту и смысл. Он видит избыточность и хаос, и это пугает его.

И именно тут я поговорила бы о Самоучке и Анни. Самоучка – это взрослый мужчина, который ищет утешение в знаниях. Он каждый день приходит в библиотеку, чтобы прочитать все книги в алфавитном порядке. Чтобы узнать все, чтобы наполнить себя всеми знаниями человечества. Он верит в гуманизм, в том определении этого понятия, что говорит от любви к людям вообще, о любви между людьми. Его смысл – служить человечеству, любить человечество, но есть загвоздка – он не живет в реальном мире с реальными людьми. При первом же столкновении с реальностью – его отвергают люди, они изгоняют его из единственного места, которое он любил – из библиотеки. Люди осуждают и ненавидят его за то, что он просто показал им часть своей истинной сущности, что он вторгся со своими реальными чувствами в чужой идеальный мир. И вся его любовь как прикрытие, все бегство в книги и науку оказываются бессмысленными. Он пытается закрыть внутреннюю брешь не осознавая её, поэтому и терпит поражение. Вместо борьбы с иллюзией, Самоучка придумывает для себя еще большую иллюзию, большую и красивую любовь к человечеству. Но это ложь. И за эту ложь он поплатился унижением и собственным благополучием. 

Анни построила вокруг себя иную иллюзию. Она тоже почувствовала, что с миром что-то не так. Что смысла в мире нет, но попыталась не понять и осознать это, а прикрыть эту брешь красотой. Она выискивала особенные моменты прекрасного в жизни, создавала свою красоту вокруг себя. Всеми силами пыталась избежать пустоты, но все же попалась в её сети и не справилась. Именно поэтому, мне кажется, они с Антуаном так и не поняли друг друга. Антуан ищет смысла в этом состоянии Тошноты, Анни же пытается от него убежать, закрыться. Момент в жизни одинаковый, но выходы совсем разные. 

Сартр через трех героев нам как будто показывает три разных вариант пережить столкновение с реальность, столкновения с бессмысленностью. Анни – прячется в красоте, Самоучка в знания, но Рокантен просто выбирает не прятаться. 

У вот теперь я готова поговорить о финале. В последней главе романа Антуан приходит к тому, что будет писать роман. Именно в этот момент я поняла, о чем книга кроме прочего. В конце поделюсь своим ощущением. 

Рокантен еще раз слышит мелодию, которая ему нравится, и вот именно в этот момент он понимает, что же ему делать со своей жизнью, тошнотой и всем новоприобретенным багажом осознаний. Осознавая всю избыточность мира и его бессмысленность, он решает сам дать своей жизни смысл. Он принимает, что реальность случайна, непредсказуема.   Именно это вдохновляет его на творчество, как высшее проявление проживания абсурда. Сартр не говорит нам, что герой спасен, но говорит, что тот сам для себя создал смысл жизни. Не нашел, не осознал, а именно создал, придумал. Произвел почти божественный акт творения.

«Я сам создам смысл. Я напишу роман. И пусть он будет красив, как та джазовая мелодия, которую я слушал в кафе. Он будет моим. Он будет оправданием моего существования».

Анни и Самоучка не смогли пережить правды об этом мире, потому что были пассивны и изворотливы в попытках не увидеть правды. А Рокантен прямо посмотрел в глаза всего сущего и выбрал жить и творить. Он не победил, не стал сверхчеловеком, но он получил надежду, что уже вообще-то очень много.

В общем, все вот это вот – весь роман, стал одним из важнейших текстов экзистенциализма. Который, в свою очередь, повлиял на умы всего мира и отчасти подарил нам ту культуру, которую мы сейчас знаем. Идея Сартра о том, что человек обречен быть свободным стала манифестом для философов и творцов. А Антуан Рокантен закрепился в качестве нового персонажа в литературе – тот, кто созерцает и познает.

Эффекта разорвавшейся бомбы от романа не было, но мысль закралась в умы людей. Появились последователи. Закрутилось, завертелось, и вот мы тут с вами обсуждаем, что поняли в Тошноте. И почему местами правда могло подташнивать и во время прочтения, и от жизни в целом.

Одним из ярких выводов романа для меня стало отсутствие смысла. Мысль, что смысла в жизни нет. И в конце жизни смысл тоже отсутствует. И мы сами наделяем существование важными для нас идеями и сами несем ответственность за происходящее. Ничего не определено. И все зависит от нас. Страшно красиво. Страшно от ложащейся на наши плечи ответственности.
«Всё существующее рождается без причины, продолжается в слабости и умирает случайно... Абсурдно, что мы родились, абсурдно, что мы умрём».

И если честно, для меня этот роман про кризис тридцати лет. Вот такой вот мой личный вывод. Потому что он правда выглядит как разрушение всех устоявшихся паттернов. Уже не важно становится какую историю от тебя ждут, потому что ты уже не видишь смысла рассказывать. Как и не видишь смысла в привычных и когда-то приятных вещах. Все старое больше не актуально, меняется восприятие привычных предметов. А потом наступает точка, в которой осознаешь, что все зависит от тебя. Вся твоя жизнь зависит только от твоих решений. Не зря Рокантенту что-то около 30, да и Сартр писал это все в этом же возрасте. Кажется именно в этом возрасте понимаешь, что готовых решений больше нет, и надо самом выбирать, чем наполнять свою жизнь.

Так что если вы вдруг переживаете кризис, то подсказка от Сартра для вас – все бессмысленно, пока вы сами не придумаете этому смысл.

Очень интересно будет обсудить с тобой в тг канале Кудрявое чтиво, что ты чувствовал при прочтении Тошноты. И в каком возрасте этот роман попал тебе в руки. А еще интересно, переживал ли ты подобные моменты озарения или крушения всех надежд. Ну и кто ты – вдохновенный князь Андрей или Антуан Рокантен. 

Это был подкаст «Кудрявое чтиво». Читай, думай о бытие, но не теряй связь с миром. Пока-пока